Помня Прошлое, Созидая Будущее, Жить Настоящим!

Помня Прошлое, Созидая Будущее, Жить Настоящим!

Традиция - Революция - Интеграция

Вы, Старшие, позвавшие меня на путь труда, примите мое умение и желание, примите мой труд и учите меня среди дня и среди ночи. Дайте мне руку помощи, ибо труден путь. Я пойду за вами!

Наши корни
: Белое Дело (РОВС / РОА - НТС / ВСХСОН), Интегральный национализм (УВО / УПА - ОУН / УНСО), Фалангизм (FET y de las JONS / FN), Консервативная революция (AF / MSI / AN / ELP / PyL)
Наше сегодня: Солидаризм - Традиционализм - Национальная Революция
Наше будущее: Археократия - Энархизм - Интеграция

4 окт. 2017 г.

Умер Жан-Жак Cюзини, один из основателей «Секретной вооружённой организации» (ОАС)

3 июля этого года, не дожив буквально пары дней до 55-й годовщины независимости Алжира, тихо умер Жан-Жак Cюзини, один из основателей «Секретной вооружённой организации» (франц.: «Organization de l’armee secrete»; далее ОАС), одной из самых опасных террористических группировок в истории Европы.

Размах их операций и степень влияния на внутреннюю политику Франции оставляет далеко позади как современных исламистов, так и более поздних леворадикалов. Смерть Сюзини напомнила правящим французским элитам о временах, когда в стране и за её пределами царила совсем другая атмосфера, и армия активно вмешивалась во внутреннюю политику страны.

Чем же была на самом деле ОАС? Последняя опора европейской цивилизации в Африке? Кровожадные террористы и предатели? Провокация спецслужб? А может быть, всё сразу?

Как ультраправые террористы пытались спасти Францию: история Секретной вооружённой организации, рассказанная Кириллом Ксенофонтовым.

Народ и армия

История ОАС началась задолго до того, как прозвучал последний выстрел в этой войне и закончилась вековая история Французского Алжира — ещё в декабре 1960-го.
Тогда в Мадриде собралась группа людей, связавших свою судьбу с идеей сохранения Алжира во Франции. С этой целью они создали тайную организацию, которая должна была удержать Алжир в составе Франции путём вооружённой борьбы.

Обычно ОАС изображается как группировка, созданная исключительно военными и для военных (указывая на основных военных руководителей вроде генерала Рауля Салана), но на ключевых постах там можно было встретить и гражданских. Одним из основателей был Пьер Лагайярд, общественный деятель и офицер-резервист; другим был уже упомянутый Жан-Жак Сюзини, лидер франкоалжирского студенчества, который был одним из активных участников «недели баррикад» в Алжире, когда белые колонисты выступили против примирительной политики метрополии в отношении арабских террористов. Последние принадлежали к сообществу т. н. «черноногих», белых алжирцев. О том, что свело вместе «черноногих» и военных, можно почитать в нашем премиуме об истории войны в Алжире («Алжирская война: конфликт, создавший Пятую республику» — части 1 и 2), но вкратце это выглядело так:


1) Армии (и аффилированным с ней лицам) сохранение Алжира в составе Франции помогало сохранить и увеличить заработанный политический капитал. В самой колонии представители армии имели огромные полномочия именно как представители исполнительной власти; во внутренней политике метрополии армейцы приобретали всё большее влияние и даже бросали вызов де Голлю. Также нельзя забывать о концентрации ресурсов и материальных богатств в руках участников войны, которые они получили «по законам военного времени». Характерно, что в период 1958–1960 гг., когда в армейских кругах зрел заговор, самыми активными и деятельными агентами зарождающейся ОАС были вовсе не генералы, а офицеры менее высокого ранга, от капитана до майора. То есть главные бенефициары войны.

2) Для «черноногих» в условиях численного превосходства арабских туземцев (9 к 1) армия, активно участвующая во внутриалжирских (и общефранцузских) делах, была главным гарантом сохранения их имущественных и политических прав на этой территории.

Сегодня армия в любой из стран Западной Европы - это, в первую очередь, профессиональное сообщество «специалистов по вопросам, связанным с насилием», находящееся под контролем гражданского правительства. Но ещё полвека назад она могла быть частью политического процесса.

С позиции де Голля оставление Алжира служило цели укрепления его власти и превращения Франции в президентскую республику — армия с самого начала пыталась вести себя как самостоятельное политическое объединение (поддерживаемое мощным лобби «черноногих» в метрополии), чьи уверенность и сила подпитывались продолжающейся войной. Тут будет уместным вспомнить Турцию до-эрдогановской эпохи, где армия спокойно вмешивалась в управление страной в обход гражданских властей в те моменты, когда считала нужным. Такой страной вполне могла стать и Франция.

Выбор локации для базирования тоже понятен. В Испании тогда правил Франко, один из последних европейских диктаторов старой эпохи. Там было достаточно людей, сочувствовавших ОАС — в рядах силовых структур и среди испанских элит (в частности, Рамон Серрано Суньер, бывший глава МИДа и шурин Франко). И не только им: в Мадриде, где тогда в изгнании жил Рауль Салан, существовала маленькая колония ультраправых политических беженцев со всего мира (сторонники Петена, бельгийские рексисты и даже аргентинские перонисты). Играли свою роль и исторические семейные связи: огромная часть «черноногих» происходила из Испании (а вовсе не из Франции). После войны часть из них переехала туда (почти 50 тыс. человек).

По идее, сохранение французского господства в Алжире должно было означать триумф идей белого превосходства, но по факту многие арабские ветераны той войны (а их было едва ли не больше, чем тех, кто боролся за независимость) были индоктринированы идеями ОАС и офицеры-заговорщики способствовали нелегальной миграции во Францию более чем сотни тысяч профранцузски настроенных арабов. В своей пропаганде ОАС также придерживалась идеи объединения Алжира и Франции с распространением гражданских прав на жителей колонии, так что «практическими» расистами их назвать затруднительно. Среди людей, поддерживавших ОАС, стоит выделить Саида Булема (по прозвищу «Бачага), одного из ключевых деятелей арабской диаспоры во Франции более позднего периода. А в 1962 году, на пике фактической гражданской войны между арабами и европейцами в Алжире, в ОАС на полном серьёзе рассматривали переход в организацию бойцов «Движения за демократию в Алжире» (MNA), группировки сторонников независимости Алжира, отколовшейся от основного движения. В более поздней организации «Национального фронта французских репатриантов исламского вероисповедания» («Front national des français rapatriés de confession islamique», FNRCI), объединявшей понятно кого, заместителем президента вообще был белый европеец и бывший ОАСовец. Словом, не всё так просто.


Слева: «Назад, предатели! Мы хотим остаться. ОАС во Франции». Обратите внимание на ультраправого французского националиста в тюрбане с саблей. Справа: «Франция остается». Ещё один коренной француз — на этот раз в феске

С управленческой точки зрения, организация работала по образцу французского «Сопротивления» времён Второй мировой, что было логично — большая часть участников ОАС получили первый боевой опыт именно там. Наверху был Салан, под ним верховный комитет и разделение на три отдела: боевой, разведывательный и пропагандистский (последним как раз занимался Сюзини).

С точки зрения административной и финансовой, ОАС куда больше общего имела со своими врагами из ФНО, чей опыт был разбавлен наработками гражданских боевиков из числа «черноногих», набивших руку на противостоянии арабского и европейского сообществ в Алжире: она состояла из законспирированных группировок, получавших директивы из заграничного центра, но действовавших автономно. Существовал большой разрыв между временем издания приказа в центре и получением его на местах, что приводило к трагическим «курьёзам». Например, 20 ноября 1961-го боевики организации убили Вильяма Леви, местного левого политика — но исполнители не знали о том, что ещё за неделю до этого в главном штабе операцию отменили.

Финансирование организации состояло из двух частей: грабежей банков (в основном в метрополии, где денег было побольше) и налогов, наложенных на «черноногих». О степени добровольности в уплате последних судить не берёмся, но известно о взысканиях «задолженностей» сборщиками из ОАС. В принципе, это работало как обычный рэкет. Интересно, что так же, как ФНО для алжирских арабов, ОАС издавало запреты для «черноногих» — только не в отношении табака и алкоголя. Например, им запрещалось ездить за границу на выходных и на каникулах — только в случае нарушения не отрезались носы и губы, а накладывались денежные штрафы. В случае неуплаты которых «провинившимся» угрожали подрывом дома или машины.
На пике казна ОАС в Алжире составляла 2.5 млрд старых франков (сегодня это примерно $79.4 млн).

Боевым кулаком ОАС был отряд «Дельта», состоявший из 500 оперативников, занимавшихся непосредственно боевыми акциями. Децентрализация и тут имела большой эффект — зачастую Салан не контролировал действия большинства ячеек организации, и потому «Дельта» действовала автономно. Например, убийство мэра-социалиста в алжирском городе Форт д’Льё (сегодня город называется Бордж-эль-Киффан) 31 августа 1961-го было совершено «дельтовцами» самостоятельно, безо всякой на то санкции. Другие ячейки тоже могли действовать самостоятельно и даже вопреки линии центрального руководства. Покушение на де Голля 3 сентября того же года вообще не было санкционировано руководством ОАС. Салан даже написал открытое письмо, опубликованное в Le Monde через 12 дней после этих событий, где осудил эту попытку покушения на президента.

Первой и главной задачей ОАС было свержение де Голля, но были и другие, практические повседневные задачи. В частности, установление контроля над европейскими анклавами в самом Алжире, чему должно было предшествовать физическое устранение противников французского владычества в Алжире — и самыми опасными врагами здесь были не оборванцы из ФНО, а представители официальной администрации.

Организация с самого начала избрала путь вооружённой борьбы и у большинства её гражданских участников уже имелся к тому времени значительный опыт.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Восточная Фаланга - независимая исследовательская и консалтинговая группа, целью которой является изучение философии, геополитики, политологии, этнологии, религиоведения, искусства и литературы на принципах философии традиционализма. Исследования осуществляются в границах закона, базируясь на принципах свободы слова, плюрализма мнений, права на свободный доступ к информации и на научной методологии. Сайт не размещает материалы пропаганды национальной или социальной вражды, экстремизма, радикализма, тоталитаризма, призывов к нарушению действующего законодательства. Все материалы представляются на дискуссионной основе.

Східна Фаланга
- незалежна дослідницька та консалтингова група, що ставить на меті студії філософії, геополітики, політології, етнології, релігієзнавства, мистецтва й літератури на базі філософії традиціоналізму. Дослідження здійснюються в рамках закону, базуючись на принципах свободи слова, плюралізму, права на вільний доступ до інформації та на науковій методології. Сайт не містить пропаганди національної чи суспільної ворожнечі, екстремізму, радикалізму, тоталітаризму, порушення діючого законодавства. Всі матеріали публікуються на дискусійній основі.

CC

Если не указано иного, материалы журнала публикуются по лицензии Creative Commons BY NC SA 3.0

Эта лицензия позволяет другим перерабатывать, исправлять и развивать произведение на некоммерческой основе, до тех пор пока они упоминают оригинальное авторство и лицензируют производные работы на аналогичных лицензионных условиях. Пользователи могут не только получать и распространять произведение на условиях, идентичных данной лицензии («by-nc-sa»), но и переводить, создавать иные производные работы, основанные на этом произведении. Все новые произведения, основанные на этом, будут иметь одни и те же лицензии, поэтому все производные работы также будут носить некоммерческий характер.

Mesoeurasia

Mesoeurasia
MESOEURASIA: портал этноантропологии, геокультуры и политософии www.mesoeurasia.org

How do you like our website?

>
Рейтинг@Mail.ru