Помня Прошлое, Созидая Будущее, Жить Настоящим!

Помня Прошлое, Созидая Будущее, Жить Настоящим!

Традиция - Революция - Интергация

Вы, Старшие, позвавшие меня на путь труда, примите мое умение и желание, примите мой труд и учите меня среди дня и среди ночи. Дайте мне руку помощи, ибо труден путь. Я пойду за вами!

Наши корни
: Белое Дело (РОВС / РОА - НТС / ВСХСОН), Интегральный национализм (УВО / УПА - ОУН / УНСО), Фалангизм (FET y de las JONS / FN), Консервативная революция (AF / MSI / AN / ELP / PyL)
Наше сегодня: Солидаризм - Традиционализм - Национальная Революция
Наше будущее: Археократия - Энархизм - Интеграция

30 мар. 2014 г.

Олег Гуцуляк: Политэкономия современного капитализма

Ныне на смену государственно- монополистического капитализма (ГМК) приходит финансово-корпоративный (ФКК) со все растущей властью все той же номенлатуры (менеджмента), для которого как раз характерно ограничение личных свобод («управляемая демократия») .

Новейшая стадия капитализма повсеместно упраздняет и заменяет частную собственность на корпоративную форму собственности: «…Присвоение всей совокупности производительных сил объединившимися индивидами уничтожает частную собственность» [Маркс К. и Энгельс Ф. Избранные произведения в трех томах. – М.: Политиздат, 1979. – Т.1. – С.71].

Американский предприниматель и инженер Пол Розенберг, ведущий блог Freemans Perspective, перечисляет девять признаков упадка производительного и инновационного капитализма [Правительства и корпорации похоронят капитализм? // http://falangeoriental.blogspot.com/2013/07/blog-post_5673.html]. Все они связаны с тем, что предприниматели, придумывающие и создающие новые товары или услуги, превратились в рабов гигантских корпораций и правительств.



1. Слишком много иждивенцев. Среднестатистического производителя пустили по миру. Общий объем собираемых в США налогов не растет, но все меньше и меньше людей действительно платят их. Во время перевыборов президентом Б. Обамы выяснилось, что 47% трудоспособного населения не заплатили ни цента подоходного налога, а значит вторая работающая половина обеспечивает и бездельников, и себя, а также содержит инвалидов и оплачивает продовольственные талоны. Производителей насилуют и превращают в болванов.

2. Гражданам не дают копить. Откладывать деньги стало невозможно. Сто лет назад механики, плотники, владельцы магазинов медленно пополняли свои банковские счета золотом и серебром, что обеспечивало их комфортную старость и позволяло занимать друг у друга на развитие бизнеса. Но теперь все сбережения стекаются в столицы, где распределяются лжецами и разрушителями, которые ничего не производят, на сомнительные нужды – выплаты пособий безработным и другие «политические глупости».

3. Расходы на регулирование чрезмерны. В 2008 году на государственное управление было потрачено 14% национального дохода США. Простое соблюдение правил стоит американскому бизнесу более $1,75 трлн. ежегодно. Эти деньги просто забрали из производства и потратили на политический психоз.

4. Малый бизнес выдавливается крупными компаниями. Только самые большие и самые стабильные корпорации в состоянии привлечь к своим проблемам внимание властей. Маленькие фирмы отрезаны от «книги жалоб» и задавлены высокими налогами и чрезмерным регулированием. Б. Муссолини, оказывается, был прав, когда говорил, что фашизм должен назваться «корпоративизм», ведь это слияние государства и корпоративной власти. Не нужно быть диктатором, чтобы увидеть, как западные компании захватывают рынки и власть.

5. Военно-промышленный комплекс абсолютно неконтролируем. Д. Эйзенхауэр был прав, когда предупреждал об этом в 1960 году. Но тогда мало кто воспринял его слова всерьез. Теперь триллионы долларов и огромные ресурсы тратятся на военную технику, несмотря на то, что войны только уничтожают и ничего не производят.

6. Бюрократический аппарат бесполезен и дорог в содержании. Все западные страны теперь имеют многочисленный класс, состоящий из бюрократов, правоохранительных органов, инспекторов. Только в США он составляет несколько миллионов человек, ни один из которых не производит ничего, но все они отрывают производителей от производства, а миллионы людей вынуждены платить за их борьбу с предпринимательством.

7. Богачи ничего не производят. Появилась каста высокообеспеченных людей, агрессивно зарабатывающих миллионы долларов. Проблема в том, что эти доходы не продуктивны, а вложенные деньги на самом деле не производят ничего. Получается, что они получают большие деньги, а производят только отходы.

8. Альтруизма больше нет. Современная деловая этика устроена так, что во главу угла ставится только приобретение, а не созидание. В более просвещенные времена предприниматели задумывались и о пользе для мира или, по крайней мере, о создании новых и лучших вещей.

9. Аристократы прячутся от своих кормильцев. Каждая нация на планете использует виртуальные деньги и заставляет своих жителей их использовать. Есть небольшое число избранных центральных банков, которые делают целые состояния на своей валютной монополии и которые абсолютно неизвестны производителям, оплачивающим их самолеты и яхты. Аристократия вернулась, но стала одновременно мощным и скрытым классом.

«Все идет к неофашизму», – делает вывод П. Розенберг. Если так будет продолжаться, то от капитализма ничего не останется, а мир наводнят неофашисты – без Гитлера и свастики, – сплавившие воедино интересы государства и крупного бизнеса.

Ситуацию проанализовал ещё Ф. Энгельс в «Анти-Дюринге»: «…Если кризисы выявили неспособность буржуазии к дальнейшему управлению современными производительными силами, то переход крупных производственных предприятий и средств сообщения в руки акционерных обществ и в государственную собственность доказывает ненужность буржуазии для этой цели. Все общественные функции капиталиста выполняются теперь наемными служащими. Для капиталиста не осталось другой общественной деятельности, кроме загребания доходов, стрижки купонов и игры на бирже, где различные капиталисты отнимают друг у друга капиталы. Если раньше капиталистический способ производства вытеснял рабочих, то теперь он вытесняет и капиталистов, правда, пока еще не в промышленную резервную армию, а только в разряд излишнего населения. Но ни переход в руки акционерных обществ, ни превращение в государственную собственность не уничтожают капиталиcтического характера производительных сил. Относительно акционерных обществ это совершенно очевидно. А современное государство опять-таки есть лишь организация, которую создает себе буржуазное общество для охраны общих внешних условий капиталистического способа производства от посягательств как рабочих, так и отдельных капиталистов. Современное государство, какова бы ни была его форма, есть по самой своей сути капиталистическая машина, государство капиталистов, идеальный совокупный капиталист. Чем больше производительных сил возьмет оно в свою собственность, тем полнее будет его превращение в совокупного капиталиста и тем большее число граждан будет оно эксплуатировать. Рабочие останутся наемными рабочими, пролетариями. Капиталистические отношения не уничтожаются, а, наоборот, доводятся до крайности, до высшей точки. Но на высшей точке происходит переворот. Государственная собственность на производительные силы не разрешает конфликта, но она содержит в себе формальное средство, возможность его разрешения» (Цит. за: [Тед Грант. Марксистская теория государства (Чуть больше о государственном капитализме) // http://levoradikal.ru/archives/10643]).

Также в позних своих работах К. Маркс, обратив внимание на стремительное развитие компаний с ограниченной ответственностью, в третьем томе «Капитала» (глава 23) отмечал, что «… эти компании представляют собой новую форму экспроприации массы капиталистов горсткой крупных капиталистов. Такая экспроприация предполагает, что юридический собственник капитала теряет свою предпринимательскую функцию, и лишается своей роли в производственном процессе, как и своего контроля над производительными силами и рабочей силой. Фактически, частная собственность оказывается вытесненной, говорит Маркс в другом месте, но не в пользу собственности коллективной, а в пользу частной собственности еще более ограниченного числа владельцев («олигополиархии», – О.Г.)… Гильфердинг выводит дефиницию финансового капитала. Согласно Гильфердингу, финансовый капитал — это банковский капитал, инвестированный в промышленность, и контролирующий ее либо непосредственно (через приобретение акций, присутствие представителей банка в советах директоров и т.д.), либо косвенно (через учреждение холдинговых компаний, концернов и «групп влияния»)… Благодаря накоплению огромных сверхприбылей, тресты расширяются все больше за счет самофинансирования, и освобождаются от опеки банков. Финансовый капитал остается доминирующим только в менее развитых капиталистических странах… Во многих трестах фактически доминирует одна семья: в нефтяном тресте «Стэндард ойл» — семья Рокфеллеров, в  «Дженерал моторс» — семья Дюпон де Немур, в стальном тресте Лотарингии — семья Вендель и т.д. Верно, что в большинстве случаев эти семьи не владеют 50% акций компании. Но это лишь доказывает, что обращение большого количества акций позволяет контролировать гигантские компании меньшинством акционеров. Подобное распыление эффективно устраняет массы мелких акционеров от реализации их прав на общих собраниях и от повседневного управления компаниями. Кроме того, неверным является утверждение, что акциями промышленных предприятий владеют широкие слои населения. Согласно исследованию, проведенному в Соединенных Штатах в 1951 г. Институтом Брукингса, только 0,1% населения владеет 55% всех акций. С учетом того, что монополистические тресты становятся все более и более могущественными и избегают контроля над собой со стороны одной семьи, они постепенно становятся коллективной собственностью крупных капиталистов. Взаимопроникновение интересов нескольких десятков или сотен семей крупных капиталистов таково, что становится невозможным сказать, что такая-то семья «контролирует» такую-то компанию. Но вместе эти семьи контролируют всю крупную промышленность, которая управляется своего рода «административным советом капиталистического класса», в котором представители всех этих семей занимают ключевые должности и периодически заменяют друг друга на командных позициях… Даже самого поверхностного взгляда на экономическую и социальную политику в США достаточно, чтобы понять, что влияние «шестидесяти семей» (даже без учета отдельных «лобби») несопоставимо с влиянием профсоюзов с их 16 млн. членов… То же самое … изложил Адольф Огастес Берль в книге «Американская революция» (замечательном труде, посвященном распределению акций  крупных американских компаний), а также издатели журнала «Форчун» в работе под неожиданным названием «Перманентная революция»… Эти авторы признают, что одна сотня монополистических трестов напрямую контролирует почти половину промышленного производства в Соединенных Штатах, и. косвенно определяют условия для большей части другой половины Но, как они утверждают, эти тресты сродни крупным феодалам Средних веков. Их сила так велика, что они могут решать судьбы многих тысяч людей, при этом тресты не могут позволить себе руководствоваться в собственных решениях исключительно экономическими императивами, поисками прибыли… Чтобы избежать прямой атаки на себя, тресты превратились в своего рода «добрых царей», «в просвещенных монархов»…» [Мандель Э. Марксистская теория империализма и ее критики // http://redflora2017.blogspot.com/2013/05/blog-post_23.html].

Собственно корпоративная собственность в понимании марксизма, строго говоря, не является частной, а ближе скорее к государственной, это уже не капитализм, так как капитал, хотя и оставаясь важнейшим его элементом, не является в нем господствующим, и подвергается ограничению и плановому регулированию. Являясь симулякром, имитацией буржуазных способов хозяйствования и господства, новейшая стадия капитализма, упраздняющая частную собственноть и заменяющая её корпоративной, является как бы «тенью социализма» (по Сократу Платонову, «После коммунизма» [Платонов С. После коммунизма. Книга, не предназначенная для печати / В. Аксёнов, В. Криворотов, С. Чернышёв. — М.: Молодая Гвардия, 1989 // http://www.ckp.ru/biblio/p/platonov/ac/index_ac.htm]), и, в отличие от капитализма, не содержит в себе внутренних причин для своей гибели.

Исходя из этого реформисты типа К. Каутского «… открывают в нем удивительные добродетели экономической и социальной гармонии. Точно так же как картели и тресты в значительной степени сдерживают конкуренцию, так и анархия производства и вызываемые ею кризисы могут быть упразднены монополиями. Последние заинтересованы в полной реорганизации экономической и социальной жизни, чтобы избежать бесполезных расходов, которые несут дорогостоящие конфликты (банкротства, забастовки и т.д.)… Как крупные капитаны индустрии учатся находить общий язык между собою, так они стремятся договориться с профсоюзами. Рабочее движение не должно выступать против картелизации промышленности, защищать мелкое производство от крупного. Наоборот, утверждали реформисты, рабочее движение должно поддерживать все тенденции к максимальной концентрации производства, к господству трестов, к организованной экономике. Таким образом, стадия монополистического капитализма может представлять собой переходный этап от капитализма к социализму, в ходе которого противоречия и конфликты могут постепенно смягчаться… Когда был создан Европейский стальной картель, Вандервельде опубликовал статью, в которой праздновал это событие как гарантию мира в Европе!.. В действительности, чем больше монополий, тем сильнее новые формы конкуренции: конкуренция между монополиями, империалистические войны заменяют старые формы конкуренции… Сегодня в реформистских рядах редко встречаются открытые защитники монополий. Взамен реформисты защищают направляющую роль капиталистического государства… Заслугой создателей этой теории является то, что они обратили внимание на  (то, что) … чем более зрелым является капиталистическое общество, тем больше трудовых и экономических ресурсов перенаправляется из производственных отраслей, в прямом смысле слова, в сферу «услуг» (особенно в сектор дистрибуции)… » [Мандель Э. Марксистская теория империализма и ее критики // http://redflora2017.blogspot.com/2013/05/blog-post_23.html].

Но и при упразднении частной собственности основой этой новейшей, корпоратократической формации остается именно эксплуатация, то есть социальное неравенство, разделение на «финансовую элиту / олигархат» и «массы / пролетариат» с соответствующими идеологиями – элитарным идеалом индивидуалистической свободы и эгалитарным идеалом социальной справедливости.

Ликвидация этой эксплуатации – это ликвидация принципа распределения прибавочного продукта по принципу «больше получает тот, у кого больше капитал», даже если этот капитал – симулякр. Если ранее капитализм имел хоть какое-то «моральное право» апеллировать к тому, что капиталисты выбились наверх благодаря своим способностям, и то, что они этого добились, еще одно доказательство их принадлежности к «высшей расе» и, стало быть, они достойны стоять у руля» (Адольф Гитлер – Георгу Штрассеру), то современный капиталист – это не гений и не представитель «высшей расы» удачливых и успешных уже потому, что получает начальный капитал от прошлых поколений, а прошлые поколения осуществляли первоначальное накопление самыми грязными методами типа английских «огораживаний» [Волынский А. Re: Будущее развитие европейской цивилизации или ницшеанский // http://intertraditionale.kabb.ru/viewtopic.php?f=77&t=3908&sid=c9d8e55c96c504b52e231719636ef2ac&start=10#p25106].

Ныне, как говорит П. Розенберг, корпоратократией навязывается производителям убеждение, что их роль в жизни – стараться и повиноваться, и что правящие классы имеют законное право диктовать им, сколько денег они могут оставить себе, а сколько отдадут на благотворительность, например, на новый автомобиль для чиновника. В действительности производительный класс имеет всю реальную власть, но он лишен уверенности в себе, поскольку ежеминутно подвергается насилию со стороны корпоратократии. Однако, если производители «восстанут из комы» и перестанут быть прислужниками мировой олигархии, они смогут построить новое общество – не потребления, а производства. Т.е. оружием (краеугольным «булыжником», отброшенным бывшим революционным пролетариатом) для нынешней формы пролетариата оказывается именно «частная собственность» (сложившаяся в итоге развития совокупность отчужденных общественных производительных сил, принявших форму господствующих над индивидами производственных отношений). Как указывал Э. Ильенков, именно в самом начале своей революционной деятельности К. Маркс и Ф. Энгельс выступали «… в качестве наиболее решительных защитников принципа «частной собственности», которая сливалась тогда и в их глазах с принципом полной и безоговорочной свободы личной инициативы … в любой сфере жизни – будь то материальное или духовное производство» [Ильенков Э. Маркс и Западный мир // http://klassenkampff.ru/analiz/marks-i-zapadnyj-mir-e-ilenkov/].

Иными словами, если раньше доктрине социализма (мира обобществленной собственности) противостояла, по Э. Ильенкову, «… не «другая» теоретическая доктрина, а отсутствие доктрины» [Ильенков Э. Маркс и Западный мир // http://klassenkampff.ru/analiz/marks-i-zapadnyj-mir-e-ilenkov/], то ныне такая доктрина есть. 

И далее: если отстаивание принципа частной собственности и свободы личности является тезисом, а их отицание в коммунистической идеологии и практике («обобществление собственности») – антитезисом, то диалектическим завершением развития их отношений и является синтез (тезиса и антитезиса).

После ликвидации финансово-корпоракратического капитализма (ФКК) «… человечество должно освоить хотя бы достижения Модерна – механизацию сельского хозяйства, освоение информации, педагогику и социальное обеспечение. Все это можно решить только на уровне этноса» [Волынский А. Re: После коммунизма. С. Платонов // http://intertraditionale.kabb.ru/viewtopic.php?f=83&t=3100&p=22132#p22130], обеспечение им возможности функционирования различных форм самоорганизации низовой субъектности (кооперативов, компаний, групп единоинтересников, наций, в конце концов).

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...
Восточная Фаланга - независимая исследовательская и консалтинговая группа, целью которой является изучение философии, геополитики, политологии, этнологии, религиоведения, искусства и литературы на принципах философии традиционализма. Исследования осуществляются в границах закона, базируясь на принципах свободы слова, плюрализма мнений, права на свободный доступ к информации и на научной методологии. Сайт не размещает материалы пропаганды национальной или социальной вражды, экстремизма, радикализма, тоталитаризма, призывов к нарушению действующего законодательства. Все материалы представляются на дискуссионной основе.

Східна Фаланга
- незалежна дослідницька та консалтингова група, що ставить на меті студії філософії, геополітики, політології, етнології, релігієзнавства, мистецтва й літератури на базі філософії традиціоналізму. Дослідження здійснюються в рамках закону, базуючись на принципах свободи слова, плюралізму, права на вільний доступ до інформації та на науковій методології. Сайт не містить пропаганди національної чи суспільної ворожнечі, екстремізму, радикалізму, тоталітаризму, порушення діючого законодавства. Всі матеріали публікуються на дискусійній основі.

CC

Если не указано иного, материалы журнала публикуются по лицензии Creative Commons BY NC SA 3.0

Эта лицензия позволяет другим перерабатывать, исправлять и развивать произведение на некоммерческой основе, до тех пор пока они упоминают оригинальное авторство и лицензируют производные работы на аналогичных лицензионных условиях. Пользователи могут не только получать и распространять произведение на условиях, идентичных данной лицензии («by-nc-sa»), но и переводить, создавать иные производные работы, основанные на этом произведении. Все новые произведения, основанные на этом, будут иметь одни и те же лицензии, поэтому все производные работы также будут носить некоммерческий характер.

Mesoeurasia

Mesoeurasia
MESOEURASIA: портал этноантропологии, геокультуры и политософии www.mesoeurasia.org

How do you like our website?

>
Рейтинг@Mail.ru