Помня Прошлое, Созидая Будущее, Жить Настоящим!

Помня Прошлое, Созидая Будущее, Жить Настоящим!

Традиция - Революция - Интергация

Вы, Старшие, позвавшие меня на путь труда, примите мое умение и желание, примите мой труд и учите меня среди дня и среди ночи. Дайте мне руку помощи, ибо труден путь. Я пойду за вами!

Наши корни
: Белое Дело (РОВС / РОА - НТС / ВСХСОН), Интегральный национализм (УВО / УПА - ОУН / УНСО), Фалангизм (FET y de las JONS / FN), Консервативная революция (AF / MSI / AN / ELP / PyL)
Наше сегодня: Солидаризм - Традиционализм - Национальная Революция
Наше будущее: Археократия - Энархизм - Интеграция

4 дек. 2012 г.

Константин Крылов: Национализм как предмет исследования


1

Парадокс и трагедия исследования идеологем состоит в том, что это попытка изучения именно того, от чего ученый в процессе исследования должен отказываться. Позиция незаинтересованного наблюдателя— открытая еще греками и сформулированная со всей возможной определенностью в бэконовском «Новом Органоне» — предполагает элиминацию ira et studio и сокрушения всех idola, охраняющих истинные тайны Природы. Каковые суть idola tribus («идолы рода», врожденные пороки человеческой сущности), idola specus («идолы пещеры», личные несовершенства), idola fori («идолы площади», ошибки языка) и idola theatri (мнения толпы, социальные предрассудки и устаревшие представления о мире). То есть — все то, что движет нашими страстями и предопределяет интересы. Поэтому, рассматривая зарождение общественных идей и течений в бэкони-анской оптике, мы не увидим в идеологемах ничего другого, кроме восстания идолов— тех самых идолов, на которых истинный ученый обязан перед началом изыскания «дунуть и плюнуть».

Беда в том, что в данном случае он в большинстве случаев не способен сделать именно этого — как по внутренним, так и по внешним причинам. Даже если исследователь отрешится от собственной ангажированности, его достанет ангажированность общества, в котором он как-никак живет и от которого не свободен.



Эти напряженные отношения между исследованием идеологии и самой идеологией достигают максимума напряженности в точке, где субъект идеологии пытается понять себя и критически проанализировать свои убеждения и их основания.

Пределы таких попыток хорошо известны на практике. Прежде всего это ситуации, когда сколько-нибудь честный взгляд разрушает дорогие сердцу убеждения, что приводит либо к фанатизму,то есть к отказу от продолжения исследования во имя сохранения его предмета («горе тебе, гордый и грешный разум!»), либо к цинизму,то есть к эмансипации субъекта от собственных ценностей, с последующим превращением их в инструменты манипуляции, шантажа и торговли («людишки легко разводятся вот на такие слова, уж я-то знаю»).

Интереснее то, что существует за пределами цинизма и фанатизма, то есть разнообразные интеллектуальные практики, встраивающие критический взглядвнутрьидеологической системы.

Практика показывает, что только та идеология оказывается достаточно успешной, которая доказала свою способность функционировать в достаточно жестких условиях, не вырождаясь при этом ни в иррациональный эзотерический культ, эксплуатирующий дорефлексивное ощущение «причастности истине», ни в трескучую пропагандистскую демагогию. По крайнеймере, не вырождаясь полностью —этого обычно достаточно.

2

Итак, изыскания в сфере идеологии затруднительны. Но национализм — особенно трудная тема, окруженная тройным слоем препятствий.

Во-первых, в отличие от большинства «больших идеологий» — социалистической, либеральной, консервативной и так далее — национализм, при всей его распространенности, не является универсальной системой суждений. Более того, эта неуниверсальность — его неустранимое свойство, вытекающее как раз из его общих постулатов. То, что для либеральной или консервативной идеологий является всего лишь «спецификой», «свойствами материала» (которые нужно учитывать в практической деятельности, но которые не влияют на теорию), для националиста является сутью его дела. Именно то, что позволяет называть известную сторону мировоззрения двух народов одинаковым слово «национализм», их, как правило, более всего и разделяет. Национализм каждого народа всякий раз — и не всегда единократно! — создается в каком-то смысле заново. Это обстоятельство лишает исследователя многих инструментов, главным из которых является механический перенос результатов исследований одних объектов на другие. Гораздо легче рассуждать о том, что такое либерализация экономики, чем о том, что такое национальное возрождение или национальное унижение. В первом случае у нас по крайней мере есть система внешних критериев, по которым мы можем судить, имела место либерализация или нет. Во втором такие критерии приходится искать где-то внутри «материала» — со всеми вытекающими отсюда проблемами.

То же касается и самих объектов исследования, то есть наций и составляющих их этносов, племен и народов. Даже простейшая задача, легко решаемая относительно других социальных образований — а именно, определение признаков, по каким именно критериям один народ отличается от другого in re, — не решаема в общем виде, поскольку критерии, значимые в одном случае, совершенно не значимы в другом. Народы различаются друг от друга тем, что сами считают важным различием (последнее составляет часть их национального самосознания) — и это проклятое «сами считают» ставит в тупик честного классификатора, попадающего со своим опросным листом прямо в борхесовскую китайскую энциклопедию).

Теперь, наконец, о самом предмете, взятом «в себе». В отличие от других групповых идеологий, обращающихся со своей проповедью к классам, стратам, группам интересов и иным чисто социальным образованиям, чье бытие и положение детерминировано социумом как целым, нация — это общность, которая сама способна быть целым. Один народ не нуждается в другом народе так, как один класс нуждается в другом, он может существовать без них —хотя может, разумеется, и впасть в ту или иную зависимость. Но в принципе отношения наций — это не отношения частей целого, это отношения целого к целому, «вселенной и вселенной», соприкосновение которых неизбежно (по факту сосуществования на одной планете), но не необходимо. Более того, всякий национализм, даже самый жалкий, чьи цели не простираются дальше чистого выживания, порождается этим ощущением собственной потенциальной самодостаточности, единственности для себя: мысль и чувство, в иных ситуациях невозможные. Национализм есть учение, оформляющее и направляющее это движение нации к само-довлению, делоучение целого. И это представляет собой отдельную трудность — поскольку для чистого исследователя «понять» — означает прежде всего «понять соположение частей», отношение же целого к целому неизбежно выводит нас за рамки парадигмы.

3

До сих пор мы говорили о чисто интеллектуальных трудностях. Но есть еще и внешние обстоятельства, в отечестве нашем обычно именуемые свинцовыми мерзостями.

Так, в настоящее время сколько-нибудь непредвзятое исследование национализма в России, особенно русского национализма, наталкивается на густопсовую полицейщину, которая царит не только в области правоохранительных компетенций, но и, скажем, в «интеллектуальном сообществе». Увы, при поднятии известного вопроса интеллигенция забывает про любую фронду и по-гершензоновски взывает к штыкам и тюрьмам, лишь бы «не допустить никакого русского народа» даже как темы разговора. Почти единственная форма интеллектуальной активности на этом направлении, дозволяемая и поощряемая данным сообществом, — это сбор компромата и подготовка материалов для все тех же полицейских «мер».

Что касается самих этих мер — то есть отношения российского (точнее, россиянского) государства к русским вообще и к активистам русского движения в частности, то оно слишком известно. Достаточно просто напомнить про 280-ю и особенно 282-ю статью УК РФ, посвященные «экстремизму» и «разжиганию розни». Последняя в юридическом обиходе обычно именуется русской статьей.

4

И, наконец, о настоящем издании как таковом.

Это печатный орган русских националистов, предназначенный для теоретической работы.

Сказанное не означает, что его страницы открыты только для тех, кто разделяет наши взгляды. Нет, мы намерены публиковать и обсуждать все то, что представляет, по нашему мнению, интерес.

Далее, журнал — место для дискуссий, прежде всего внутренних, то есть между националистами разных

течений. К дискуссиям приглашаются также традиционные оппоненты, настроенные на честную полемику — сколь угодно жесткую, но честную. Тем не менее основной упор будет делаться именно на обсуждение внутренних проблем и прояснение позиций по спорным вопросам в нашей среде.

Журнал также планирует публиковать материалы, посвященные российским и особенно зарубежным национальным движениям. По причинам, изложенным выше, мы не рассматриваем национализм других народов ни как образец для подражания, ни как нечто абсолютно чуждое и непонятное. Однако мы считаем чужой взгляд и чужой опыт по меньшей мере поучительным — и постараемся извлечь из него доступную пользу.

Еще одна наша важнейшая тема — история русского движения в целом, включая достаточно далекое прошлое. Увы, история русского дела в России почти неизвестна даже активным его участникам. Мы постараемся в меру наших возможностей исправить это упущение.

Кроме того, журнал предполагает освещать события интеллектуальной и общественной жизни, связанной с русским движением. Будет уделено внимание и библиографической работе, в особенности — обзорам новых книг и публикаций по нашей тематике.

And last, хотя, увы, и not least. Мы намерены строго соблюдать закон, а если потребуется, и утверждать его. У нас нети не будет публикаций, нарушающих упоминавшиеся выше статьи УК РФ, мы также не допустим попыток инкриминировать нам подобные нарушения. Вольные же искатели политических непристойностей будут разочарованы примерно в той же мере, в которой может быть разочарован ревнитель общественной нравственности, ненароком заглянувший в анатомический атлас.

Благорасположенным же читателям я желаю приятного и интересного чтения.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Восточная Фаланга - независимая исследовательская и консалтинговая группа, целью которой является изучение философии, геополитики, политологии, этнологии, религиоведения, искусства и литературы на принципах философии традиционализма. Исследования осуществляются в границах закона, базируясь на принципах свободы слова, плюрализма мнений, права на свободный доступ к информации и на научной методологии. Сайт не размещает материалы пропаганды национальной или социальной вражды, экстремизма, радикализма, тоталитаризма, призывов к нарушению действующего законодательства. Все материалы представляются на дискуссионной основе.

Східна Фаланга
- незалежна дослідницька та консалтингова група, що ставить на меті студії філософії, геополітики, політології, етнології, релігієзнавства, мистецтва й літератури на базі філософії традиціоналізму. Дослідження здійснюються в рамках закону, базуючись на принципах свободи слова, плюралізму, права на вільний доступ до інформації та на науковій методології. Сайт не містить пропаганди національної чи суспільної ворожнечі, екстремізму, радикалізму, тоталітаризму, порушення діючого законодавства. Всі матеріали публікуються на дискусійній основі.

CC

Если не указано иного, материалы журнала публикуются по лицензии Creative Commons BY NC SA 3.0

Эта лицензия позволяет другим перерабатывать, исправлять и развивать произведение на некоммерческой основе, до тех пор пока они упоминают оригинальное авторство и лицензируют производные работы на аналогичных лицензионных условиях. Пользователи могут не только получать и распространять произведение на условиях, идентичных данной лицензии («by-nc-sa»), но и переводить, создавать иные производные работы, основанные на этом произведении. Все новые произведения, основанные на этом, будут иметь одни и те же лицензии, поэтому все производные работы также будут носить некоммерческий характер.

Mesoeurasia

Mesoeurasia
MESOEURASIA: портал этноантропологии, геокультуры и политософии www.mesoeurasia.org

How do you like our website?

>
Рейтинг@Mail.ru